Режиссер Ермек Турсунов прочно закрепил за собой имидж неординарной личности. Он может так прокомментировать какое-либо событие в стране, что потом многие спорят прав или не прав автор комментария. Он может снять фильм, который вызовет бурю эмоций, как отрицательных, так и положительных. Но он никого не оставит равнодушным. Ясно одно: Турсунов делает все из невероятной любви к своему этносу, народу и стране.

В казахстанский прокат вышел фильм «Кенже». Он является завершающим в философской трилогии режиссера и сценариста Е. Турсунова. Помимо «Кенже» в нее входят фильмы «Келін» и «Шал», снятые в 2008-м и 2012 годах, соответственно.

«Кенже» снят в жанре экшн. Это история двух братьев еще в раннем детстве оставшихся без родителей. Они выжили, но им пришлось встать на криминальный путь, который приведет их, в конечном счете, к трагедии…

О том, как шла подготовка фильма, почему Турсунов решил снять его в жанре экшн и что означает его трилогия, рассказывает сам автор.

О фильме «Кенже», операторской работе

«Представители 16 стран принимали участие в съемках фильма. С Сергеем Козловым (оператор) мы до этого должны были поработать несколько раз. Но всякий раз график у нас не совпадал, то он был занят, то я был занят. В итоге мы встретились на картине «Кенже». И я получил большое удовольствие от работы с этим мастером…»

Зритель картины по достоинству оценит работу оператора постановщика. Такие видео съемки доселе не были ни в одном казахстанском фильме. Сюжет фильма вымышленный. Но в картине много отсылок к событиям в обществе.

«Я настолько привык к тому, что мои картины кому-то нравятся, а кому-то нет. Это закономерность. Я иногда устраивал закрытые показы чернового материала фильма, к примеру, 10 человек. Несмотря на то, что они специалисты, они могут высказать 10 разных мнений. Я-то сам никогда не бываю полностью довольным своей работой. Как его воспримут зрители, я прогнозировать не могу. Фильм снят в жанре экшн, чтобы обратиться к сегодняшнему зрителю. А сегодняшний зритель, в основном, прикормлен стрельбой, поножовщиной, убийством и т.д. Фильм заявляется как экшн, но по сути дела это совсем не экшн, это драма. Да, здесь есть стрельба, есть драки, но по сути дела это все иллюстрация, это рамки. А внутри картины то, что мне хотелось сказать. Насколько мне это удалось, станет ясно, когда люди посмотрят ее, расшифруют.

«Келін» — прошлое, «Шал» — настоящее, а «Кенже» — будущее, то есть это моя попытка заглянуть вперед. В конце фильма подросток идет по дороге вперед. И открытым остается вопрос: куда он идет, что его ждет?

Мне не хотелось бы выглядеть абсолютным пессимистом, финал открытый. Остается какая-то надежда. Меня обвиняют, что я пессимист. На самом деле я пессимист действующий. Я пытаюсь как-то влиять на ситуацию в стране. Я 12 лет прожил за границей. В разных странах. И мне хочется, чтобы у меня на родине было лучше, когда я критикую и делаю картину, которая, может быть, не всем нравится по своему настроению. Но это не из желания кого-то обидеть или унизить, а из желания, что-то исправить, чтобы сделать лучше.

Если «Келін» был для зрителя более утонченного, подготовленного, который знает историю мирового кино. «Шал» разделился 50 на 50. То «Кенже» абсолютно простая картина. Здесь простой сюжет. Но в то же время там есть какие-то месседжи, которые заставляютчеловека остановиться, задуматься, задать себе вопрос: «Чем я занимаюсь?».

Я вынужден подстраиваться под сегодняшнего зрителя, который не слишком разборчив. Сейчас, наверно, в основном в кино ходят зрители в возрасте от 14 до 25 лет.

Философская трилогия или эволюция казахского этноса

«Эта трилогия состоит из трех частей: «Келін», «Шал» и «Кенже». Главная героиня в «Келін» это шешей (мать), в «Шале» это старик, то есть отец, а в «Кенже» главный персонаж ребенок, то есть сын. Как видите, это одна целая семья: отец, мать и сын. Также символами являются Алтайские горы, откуда вышли наши предки, это в фильме «Келін». Степь показана в фильме «Шал». И город, в котором живут герои фильма «Кенже». Это все история развития, если хотите, эволюция моего этноса. Откуда вышли, куда пришли и куда идем. И, тем не менее, несмотря на то, что это единая история, каждый фильм можно смотреть в отдельности».

О злодеях и не злодеях

«Он не (о главном герое «Кенже», который по сюжету является убийцей) похож на злодеев, которых можно увидеть в современных фильмах в исполнении, к примеру, Джейсона Стэтхэма или Ван Дамма. Они в своих фильмах с удовольствием убивают людей. А герой Жандоса, человек который находится в сомнениях относительно своих действий, своей жизни. Это заблудший человек.

Понимаете, я человек старой школы, и я на физическом уровне переживаю все, что происходит сейчас, особенно в казахском кино. Но я не имею права критиковать своих коллег. Я могу лишь выразить сожаление по поводу того, что сейчас массовый зритель оболванен настолько, что ведется на всякие дешевые трюковые картины.

Почему я из принципа полез в жанр экшн? Он может быть мне не свойственен, но я полез. Это для того, чтобы сказать, что и в жанре экшн можно разговаривать с умным зрителем. Не опускаться до животного уровня и вместе с ним хавать этот поп-корн».

О творческих планах

Осенью прошлого и зимой этого года мы сняли фильм «Жат» (Чужой). По сюжету история начинается в 1931-м, а заканчивается 1956 году. Этот промежуток времени XX века, по моему мнению, самое тяжелое время для казахского народа. В этот период произошел голодомор, война, репрессии. Так вот, в это время в одном из казахских аулов, главный герой маленький мальчик убегает в горы и живет там, вдали от общества. Сюжет фильма основан на реальной истории. В моем ауле был такой человек, который жил в горах. Был малообщительным, нелюдимым, бирюком, одним словом, которым пугали детей в ауле.

Так вот, этот фильм мы закончим в следующем месяце. Но он не выйдет пока в прокат, поскольку мы его готовим на участие в фестивале в Венеции, где и состоится его мировая премьера.

Я три года жил в Сирии. Был в Израиле, Палестине, Египте. За это время я исследовал и изучал историю жизни Бейбарса. Потом написал и выпустил книгу о нем. В 2008 году мы с Сергеем Бодровым готовились к производству фильма о Бейбарсе. Бюджет фильма тогда составил 40 млн. долларов. Мы были готовы, но в мире начался финансовый кризис и проект остановился. То есть картина не снимается. Нет средств. А история Бейбарса глубокая и широкая. И я не хочу снимать дешевое кино. Нужны значительные средства для этого.

О писателе Герольде Бельгере

В фильме «Кенже» есть персонаж по имени Гер ага, который заботится о братьях после смерти их родителей.

«Да, Гер ага – это Герольд Бельгер. У меня во всех сценариях все немцы носят имя Герольд. Мы были большими друзьями на протяжении многих лет. Я испытал большую утрату, когда он умер».

О своем зрителе и критиках

«Феллини в 1977 году сказал: «Моего зрителя убили», чего вы от меня хотите. Сейчас 2015 год. Когда расшифровывают мои картины и говорят, что «Шал» — Назарбаев, а баран это народ, а ягненок это Турсунов. Вроде серьезные кинокритики…

Поэтому я сейчас ничего не комментирую. Я говорю, что каждый видит то, что он хочет видеть и находит то, что он ищет».

Как противостоять оболваниванию западным кино?

«Это больной вопрос. Я не очень доволен тем, что происходит в казахском кино. Я не хочу говорить в частностях. Вы все видите. Умный зритель все видит.

Сейчас серость заполонила все. И произошла деградация общества во всем. Но это не только в Казахстане. Это везде происходит. Но, поскольку до нас эта волна доходит одним из последних, а последняя волна самая высокая, нас она прибивает окончательно.

Мы теряем свою оригинальность. Дело не только в том, что глобализм нас захлестнул. Дело в том, что мы забыли свои корни. Нам есть, что рассказать. У нас есть мифы, у нас есть притчи, у нас есть великий эпос. У нас замечательная мифология и у нас великая музыка. Но мы все это забываем. И сейчас на экранах, и в кино и в литературе происходит вытеснение всего собственного родного, и на смену приходит нечто непонятное. И это вторая, третья, четвертая копия чего-то. Для примера я вам скажу. Лет сто назад я работал на телеканале «Казахстан». В то время по Первому каналу (Россия) шла передача «Спокойной ночи, малыши». Ну, вы знаете там, Степаша, поросенок и Барбос рассказывали сказки. Нас тогда собрали на телевидении и сказали, что мы тоже должны придумать что-то в этом роде. И потом мы придумали передачу «Ертегі айтып береміз». Но там у нас в передаче был баран и козленок что ли, я сейчас точно не помню. И они своими детскими голосами рассказывали сказки. И тогда мне это не нравилось, и я говорил: «Что у нас своих мозгов нет что ли? Чтобы придумать что-то свое?». Зачем надо делать кальку. И вот смотрите, если там появляются там всякие Филиппы Киркоровы, Камеди Клабы и т.д., нечто похожее на это появляется и у нас. Зачем повторять двадцатую, тридцатую копию чего-то? Надо придумывать свое».

Это «бедность» креативного класса или воля власть имущих?

«Не обязательно во всем виновата власть. Мы сами виноваты. Кто вам мешает придумать что-то свое? Вот я же иду своей дорогой. Но мне не просто. Да, меня там клюют: «ты там такой, да сякой», меня хотят выселить из страны и т.д. Я все это понимаю. Ты не должен забывать, где ты живешь. И ты должен задавать вопрос: «Зачем ты живешь?». Я пытаюсь влиять, что-то сделать, сказать свое слово. Пытаюсь сказать: «Не повторяйся. Изучай свое, держись за свое. И тогда тебе будет, что сказать».

ЦИ ic24.kz Дулат Тасымов